k_nejna

Уже восемь месяцев как я каждый день читаю и пишу о бизнесе, общаюсь с предпринимателями. Невольно задумаешься о собственном деле. Тем более, что опыт то у меня есть : )  Через несколько дней будет как раз юбилей моего первого предпринимательского риска. Ровно десять лет назад я впервые заработала денег, организовав производство букетов цветов. Помнится, мы с подругой неплохо на этом наварились J

А дело было так…

Был конец мая, мы заканчивали десятый класс, на следующий день ожидалось грандиозное мероприятие – последний звонок. «Букет! Где найти букет?» - неоновой надписью светились мысли в моей голове. В нашем селе у каждого был свой приусадебный участок, где росли, в том числе, и цветы. Покупать в городе специальные букеты накануне праздников было моветоном.  У нас в саду традиционно росли только розы, хризантемы, пионы и гладиолусы. Для этих цветов май – лишь первый звонок будильника. Пришлось искать выход. Поздним вечером я пришла к подруге и с невыносимой тоской спросила ее, есть ли у нее цветы, чтобы понести их на последний звонок.  Ее тюльпаны уже отцвели. И настроение было таким же, как эта фраза.

Мы разговорились. Никто не хотел идти завтра на бесполезную тоскливую обязаловку в десять утра в школьном спортзале. А зачем? Цветов то нет. Лишь с ними был хоть какой-то смысл… попросить цветы у кого-то еще уже поздно – завтра они всем нужны. Всем нужны цветы… именно завтра… очень нужны… всем…

Вдруг вывеска в моей голове трансформировалась в огромную лампочку. Эврика!

Берем ножи, идем в лес. Было уже десять вечера. Мгновенно стемнело. Она рванула домой, я – к себе. Через пятнадцать минут  с острыми ножами в руках и походной одежде встретились у дороги на развилке: я знала овраг, где росли ландыши.

 Две маленькие девушки шли по пустынной ночной дороге. Справа был лес, слева – поле. Они обсуждали бизнес-план. Встать завтра в шесть утра и на первом рейсе автобуса поехать в город. Там встать у входа на рынок и продавать заранее приготовленные букеты, пока не прогонят. После этого идти на главную улицу города и продавать оставшееся. Сколько бы букеты ни стоили продавать их не дешевле десяти рублей, иначе все это не имеет смысла. И самое главное – обеспечить себе алиби – у меня должен был заболеть зуб, а у Любы живот. Или наоборот. Главное, чтобы разные части тела, а то не поверят.

В полночь мы уже несли охапку нежных беленьких капелек домой. К двум ночи я завязывала последний букет. Родители уже спали.

С трудом открыв глаза на следующее утро, не позавтракав, я помчалась на семичасовой автобус с двумя огромными охапками букетов в руках. Тщательно замаскированными под пакеты с одеждой и помидорами.

Нам повезло: наших учителей в автобусе не было. Приехав в город, мы пошли на рынок. Обрадовались беспредельно: никто ландыши не продавал. Наверное, они знали,  в отличие от нас, что майские ландыши занесены в Красную книгу.

Мы быстро и легко продали половину букетов за два часа: рынок находился по дороге в городскую гимназию. Цену придумали наобум. Рассчитав, что она должна быть в два раза дешевле стоимости одной розы. Понимаю, что несправедливо. Но, сами знаете – подростки довольно жестокий народ.

В итоге нас, как и ожидалось, прогнали. Мы не сильно расстроились: на мороженое уже хватило, себестоимость (билеты на автобус в оба конца) мы уже окупили.

К тому времени все школьные линейки подходили к концу. Но букеты-то ещё остались! У нас был план Б – главная городская улица. По дороге на нее стоял перекидной мост. Под ним бежали поезда. Люди встречают друг друга и им нужны цветы, сообразили мы. Встали у моста. Еще через пару часов мы продали половину от того, что у нас было. И вдруг из-за угла… выходит наша учительница литературы!!! Мы мгновенно собрали букеты в пакеты и бежать!

Завернули за угол, затаили дыхание, проследили, когда она пройдет мост и …вперед  от греха подальше – на главную улицу. А там нас ждал еще один сюрприз! Многочисленные бабушки, продававшие пышные букеты в два раза дешевле, чем мы. Оставшуюся четверть букетов мы продали за полчаса. Нет, не снизив цену, а предоставляя 30-50 процентные скидки!

На вырученные деньги я купила много фруктов, мороженого, орехов, мыльных пузырей и несколько магнитофонных кассет. Не буду признаваться с какой музыкой. Могу только сказать, что одна из них была с татарскими плясовыми для моей мамы.  Видимо, надо было вложить их в дело. Возможно, сейчас у меня не было бы времени писать этот пост, ведь кто-то должен был бы управлять корпорацией J

Тяжелой толстой струей кипяток обжигал мои ноги, а я и не чуяла. И так каждый раз по полчаса. Обычная вечерняя процедура для начинающего официанта. Она нужна, чтобы хоть как-то ощутить, наконец, свои ноги, поверить, что они у тебя есть и не отнялись, что это не визуальная галлюцинация. А потом всю ночь наслаждаться болью. Итальянский ресторан с тремя огромными залами и длинной верандой, что на пересечении Гороховой и Малой Морской улиц в Петербурге бы тому причиной. Я работала там официанткой.

Яппи

Это был мой третий день работы в ресторане. Высокий молодой брюнет в темно-синем выглаженном костюме сел за «мой» столик во время бизнес-ланча. Я стала “громко, чётко и ясно” рассказывать ему о специальном предложении ресторана на это время. Но он меня перебил, спросив, что же можно заказать из вегетарианской кухни. Конечно же, я не знала. Он нахмурился, ведь ему пришлось читать меню. Наконец, он заказал  какой-то салат, ризотто с грибами и капучино. Когда я принесла ему блюда, за его столиком уже сидел другой молодой человек, в светлой рубашке с волосами рыжеватого оттенка и такой же бородкой. Они монотонно разговаривали о работе. Работа была, видимо, связана с банковским делом. Его спутник также пожелал капучино.  Когда я принесла кофе, серьезный брюнет уже прикончил и салат и ризотто. Я забрала тарелки, а он не скрывая недовольства заметил мне, что я забыла подать сахарницу. Ну конечно, я помнила! Я  же только-только принесла кофе и если бы не эти грязные тарелки, тут же поставила бы сахарницу! Я замешкалась, соображая, побежать сначала за сахарницей или убрать тарелки. Потом, конечно, взяла тарелки, что есть сил понеслась к бару, так как он был намного ближе кухни и со звоном опустила тарелки на барную стойку. Бармен стал орать на меня, а я понеслась к шкафчику, где лежали сахарницы и, наконец, доставила сахар по месту требования. Молодой человек сказал, что кофе уже остыл, пока я несла сахар. Я не знала что ответить и вопросительно посмотрела на него, ожидая дальнейших претензий. Он отвернулся от меня. "Ну ладно",- подумала я. А больше думать мне было некогда, ведь надо было скорее убирать грязную посуду с барной стойки, обслужить еще два столика, убрать другие два, ну и так по кругу. Но вдруг погас свет. В этот момент я с посудой из под салата и тарелочкой из под ризотто была на кухне. Минутная паника сменилась пониманием, что нужно предупредить “гостей”.  Я побежала предупреждать. Все мои гости с пониманием отнеслись к проблеме, лишь только столик с двумя яппи... пустовал. Нет, они не заплатили за обед.

Милые старушки

Две восьмидесятилетние сеньоры оказали мне честь, выбрав столик, который обслуживала я. Они обе были маленькие, костлявые и морщинистые. Но с кудрями. К сожалению, они не знали русского. И английского тоже. Кажется, они были испанками. Каким-то телепатическим способом они мне объяснили, что хотят пасту  карбанара и греческий салат. Зато чего мне стоило понять, что к каждому из выбранных блюд надо два прибора, а сами блюда следует подавать в единственном экземпляре! Это было не легко. Но я справилась. Принесла им на всякий случай по дополнительной тарелке. Они меня долго хвалили за это. Был поздний вечер, и я могла постоять у барной стойки несколько минут, наблюдая. Сначала каждая поставила выбранное блюдо себе, поклевав чуть-чуть, они стали угощать друг друга, протягивая вытянутую руку с вилкой через весь стол. Затем немолодые леди догадались, как использовать принесенные мной пустые тарелочки. Поставив блюда на середину стола, они стали откладывать себе понемногу. Милые старушки кого-то мне напоминали. Уж не студенческие ли походы в кафе с моей любимой подругой? Ну да! Это же мы, только через, скажем, 60 лет! Да уж, если это так, то все это имеет смысл: они мне явно нравятся!

Через час более седая старушка попросила у меня винную карту. Подумалось мне, что они сейчас закажут по бокалу вина. Одна - белого, другая - красного. Но нет, они заказали бутылку. Виски.

Парочка

Я стояла у входа в ресторан, на веранде, прислонившись о высокий стул. Сидеть было категорически запрещено. Было около полуночи, уже не так жарко, осталось продержаться еще пару часов. И вот они прошли мимо, держась за руки, и я им улыбнулась. Мужчина лет тридцати пяти и молодая девушка лет двадцати двух-двадцати трех улыбнулись мне в ответ. Он был в светлой рубашке, а она в синем струящемся платье. Оба ответили мне улыбкой одновременно и одинаково: светясь тихим счастьем. Мне захотелось, чтобы это тихое счастье хоть немного задержалось рядом со мной, и я стала его ловить. Размахнувшись, я закинула сачок: «Может быть, немного вина?»- спросила я. Бабочка была беззаботна. Ей и в сачке было хорошо. Они присели за ближайший ко мне столик. Заказали два бокала итальянского красного. Но девушке захотелось к вину шоколада. Ничего другого ей больше не хотелось. И, конечно же, именно шоколада у нас не было. Но он был у меня. В шкафчике для персонала на дне моей маленькой сумочки оставалось полплитки “Ritter sport”.

Я положила перед ними неровные дольки горького шоколада в помятой обертке, и туча над ночным небом моментально развеялась. Они медленно пили вино, лишь иногда прерывая легковесное молчание мимолетными замечаниями. Их столик был рядом с моим пристанищем - барным стулом. Мы трое молча улыбались друг другу целых полчаса. И каждому было очень хорошо. А потом они ушли, оставив мне 100% чаевых! В тот вечер я возвращалась домой на Шпалерную пешком и всю дорогу танцевала... ведь это был мой последний вечер, ножки-то привыкли!